Н

Владимир НОВОСЁЛОВ: мечтал стать шофером, а стал ректором

PDF Печать E-mail
Текст - Леонид Иванов, фото из архива Владимира Новосёлова   

ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ НОВОСЁЛОВ, РЕКТОР ТЮМЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО НЕФТЕГАЗОВОГО УНИВЕРСИТЕТА

В ШКОЛЕ ВОЛОДЯ НОВОСЁЛОВ ВСЕГДА СИДЕЛ ЗА ПЕРВОЙ ПАРТОЙ

НЕСМОТРЯ НА ВЕСЕЛЫЙ НРАВ, ИНОГДА БЫВАЛ И СЕРЬЕЗНЫМ

СТУДЕНТ ТЮМЕНСКОГО ИНДУСТРИАЛЬНОГО ИНСТИТУТА ВЛАДИМИР НОВОСЁЛОВ НА ВОЕННЫХ СБОРАХ

НА ВСТРЕЧЕ С ПРЕПОДАВАТЕЛЯМИ-ВЕТЕРАНАМИ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ В ДНИ 65-ЛЕТИЯ ПОБЕДЫ

РЫБАЛКА И ОХОТА – ЛЮБИМЫЕ УВЛЕЧЕНИЯ ВЛАДИМИРА НОВОСЁЛОВА

РЫБАЛКА И ОХОТА – ЛЮБИМЫЕ УВЛЕЧЕНИЯ ВЛАДИМИРА НОВОСЁЛОВА

С РЕКТОРАМИ

Родился я в 1950 году в селе Городище Свердловской области в деревенской семье. Отец одно время был работником торговли, мать домохозяйка. Образование у отца – три класса, у матери – курсы по ликвидации безграмотности. Характер мой в первую очередь формировал пример родителей и, конечно же, деревенская среда, те друзья, с которыми вместе проводили время. Связь с друзьями детства поддерживаю до сих пор, вот только остается их все меньше и меньше – одни разъехались по дальним краям, другие уже ушли из жизни.

В возрасте одиннадцати лет переехал с родителями в районный центр в Тавду Свердловской области. Учился я хорошо по всем предметам, кроме рисования. Ну, не дал бог такого таланта! Зато любил математику. Но поскольку в другую школу перешел в середине учебного года, обнаружилось отставание по программе. Там уже изучали дроби, о которых я не имел ни малейшего представления. Пришлось взять учебники и без помощи взрослых, просто из-за упрямства, разобраться, что к чему. Вот этот случай и научил меня до многого доходить своим умом.

До сих пор помню свою первую учительницу – Екатерину Аркадьевну Пугачеву. Она до сих пор жива. Так вот, она постоянно удивлялась, как это Володя Новоселов, а я был очень непоседливый, все время с кем-то шепчется, разговаривает, вроде бы объяснения не слушает, а спросишь, всегда отвечает правильно.

Пределом моих мечтаний в детстве было стать шофером. В те годы были газогенераторные автомобили. И если мне разрешали посидеть в кабине, подержаться за баранку, я был безмерно счастлив. К десятому классу приоритеты несколько сместились. В восьмом классе мне понравилось работать на деревообрабатывающем станке. И настолько понравилось, что я все свободное время проводил в мастерской, сам находил липу и обеспечивалл всех наших родственников деревянными скалками, пестиками и прочей кухонной утварью.

В девятый класс я пошел уже в другую школу, а там деревообрабатывающего станка не было, зато был токарно-винторезный станок. И мне он понравился еще больше. Об институте я не мечтал, но выбор профессии определился случайно и очень просто. Старшая сестра с мужем решили переехать в Тюмень, где незадолго до этого открылся индустриальный институт, и предложили мне поступать в Тюменский вуз. По справочнику узнал, что в институте есть специальность «Технология машиностроения. Металлорежущие станки». А чего мне еще надо, коли я уже прикипел к токарному делу? Поступил без проблем, потому что учился отлично. Правда, откровенно боялся черчения, поскольку с рисованием были проблемы. Но к третьему семестру заставил себя освоить это дело настолько, что преподавательница не поверила, что я чертил сам. Представляете, как было обидно!

К окончанию школы я был почти самым маленьким по росту. Этакий невзрачный шкет. И когда я на вступительных экзаменах выполнил задание по математике за половину отведенного времени и получил «пятерку», а потом «пятерки» получил и на остальных экзаменах несмотря на мой далеко не атлетический вид, авторитетом у ребят стал пользоваться огромным.

Мне вообще повезло с учителями. Физику у нас преподавал Леонид Михайлович Бекетов. Он в детстве переболел полиомиелитом, поэтому при могучем теле имел проблемы с ногами и передвигался при помощи костылей. Он был учителем от бога и кроме того для меня был еще и примером мужества и жизнелюбия. Благодаря тому, что он меня консультировал не только по физике, но и по математике, я участвовал в разных олимпиадах, и хотя первых мест не занимал, но вторые почти всегда были мои. В том числе и по химии.

В институте нашим наставником был ныне покойный Василий Дмитриевич Легеза. Мы после окончания вуза собирались каждые пять лет и всегда приглашали его, поскольку он для нас был как отец родной. Формировал мой дух и характер Дмитрий Тихонович Бабичев. Тягу к науке привил именно он, но это было уже после окончания института, когда я ушел преподавать в военное училище.

А судьбу в значительной степени определил Георгий Иннокентьевич Тыжнов – замечательный специалист по сопромату. Его авторский курс лекций по сопромату был ориентирован на студентов, чтобы повысить познавательную активность. Он мог дать задание высчитать, что произойдет с балкой, если на нее сядет муха, или что произойдет с толстостенным сосудом, если ударить бутылкой по голове. Вот такими нестандартными приемами он и привил любовь к этому очень сложному предмету, которого боятся все студенты технических вузов.

Позднее в аспирантуре Уральского политехнического института, где оказался по уровню подготовки достаточно сильным, понял, что получил хорошие знания благодаря молодым и амбициозным преподавателям, которые тогда работали в нашем «индусе». Их требовательность к студентам сыграла добрую службу в моей теоретической подготовке.

Вообще же жизнь шла своим чередом. По окончании Тюменского индустриального института большинство однокурсников распределились в основном на производство, а мне декан Василий Дмитриевич Легеза посоветовал продолжить учебу в аспирантуре. Но возникли какие-то заминки, мне предложили работу на кафедре, где женщины охотно спихнули на меня всю нагрузку. Но даже при этом зарплата «светила», мягко говоря, не рекордная. И я нашел работу в строительном управлении главным механиком с зарплатой более двухсот рублей, что по тем временам было очень даже неплохо.

Но творческой ту работу назвать было ну никак невозможно. И к моменту моего разочарования должностью нашел меня Дмитрий Тихонович Бабичев и предложил заниматься наукой. А я, честно говоря, по исследовательской работе уже к тому времени соскучился. Так я стал преподавать на кафедре с Шестаковым Серафимом Кирилловичем в военно-инженерном училище, где давали жилье, а наукой заниматься – в индустриальном институте у Дмитрия Тихоновича.

Но как всегда в таких случаях бывает, затянула текучка, и на диссертацию времени не оставалось. Поэтому я после раздумий все же решился поступать в аспирантуру Уральского политехнического института, тем более, что два кандидатских экзамена у меня уже были сданы. Через три года я защитил диссертацию, правда, уже не по зубчатым передачам, с чего начинал свой путь в науке, а по технологии обработки металлов давлением. Вернулся в Тюмень, работал в военно-инженерном училище, а потом перешел в Тюменский индустриальный институт.

И как-то по прошествии времени однажды иду на лекцию, попадает навстречу молодой ректор Николай Николаевич Карнаухов, приглашает к себе в кабинет и делает предложение стать проректором и заняться организацией работы филиалов, а также заочного и вечернего обучения. Я был доцентом, не имел абсолютно никакого опыта менеджерской работы и никаких данных кроме коммуникабельности для такой работы не имел. Естественно, что предложение это огорошило, даже в какой-то степени напугало, и я начал отказываться. Тем не менее, мое сопротивление не было принято во внимание, и мне пришлось впрягаться в новое для себя дело.

Так же неожиданно прозвучало для меня и предложение стать первым проректором по учебной работе, когда в начале 2000-х Николай Николаевич ввел в штатное расписание такую должность. А у нас тогда проректором по учебной работе был очень авторитетный человек Василий Васильевич Мелихов. И снова мои аргументы, чтобы отказаться, не были приняты. Так я оказался на должности, с которой в начале 2010 года был избран ректором.

Домашние, и в первую очередь жена, отнеслись к этому продвижению с пониманием, хотя знали, что работа будет отнимать еще больше времени. Правда, на должности проректора по филиалам я дома бывал еще меньше, чем теперь, когда каждую неделю, а иногда и по два раза, приходится вылетать в командировки. Но раз взвалили на тебя эту ношу, надо терпеть. Тем более, что нас еще в том, советском строе, приучили к слову «Надо!»

Сейчас много критики слышится в адрес того времени, но отвергать ничего нельзя. И там, наряду с недостатками, было много хорошего. Возьмем кадры. Мы сейчас говорим о кадровом дефиците. А ведь КПСС решала вопросы подготовки кадров и вела большую целенаправленную работу по подготовке кадрового резерва. А если сравнивать нас и выпускников нынешних, то необходимо отметить, что у нас ведь была беззаботная жизнь – только учись, а все остальное за тебя решат партия и государство, то выпускники нынешние более целеустремленные, более приспособленные к жизненным реалиям. Им уже с первого курса надо проявлять себя, чтобы заметили, чтобы пригласили в хорошую фирму, чтобы была возможность карьерного роста. И при этом формировать в себе нравственные и моральные устои.

Я не могу сказать, что всецело понимаю нынешнее поколение, наши представления и суждения не могут не разниться. Но стремление к сближению есть и должно быть, иначе мы будущее университета не обеспечим, если не поймем те настроения, которые сегодня превалируют у молодежи. Чтобы ставить перед молодыми задачи, надо знать их потенциал, их мировоззрение. Те ребята, с которыми я достаточно знаком, имеют хорошие перспективы, если они будут так же усердны, какими я вижу их сейчас.

У нас в 90-х, когда рушили все и вся, отрицали все моральные устои, во главу угла был поставлен единственный стимул – материальный. И это было большой ошибкой, потому что материальный и моральный, нравственный стимулы должны дополнять друг друга. Что касается политических аспектов, то наша задача – не политика, мы должны готовить профессиональные, конкурентноспособные кадры и воспитывать их в духе общечеловеческих ценностей. Может быть им будет тесно влево-вправо, но вверх всегда просторно. Поднимайся, если у тебя для этого есть способности.

Мы же все живем в определенной среде. Каждый смотрит на какое-то явление, дает ему свою оценку и отвергает или перенимает. Даже мы, ректоры, имеем Совет ректоров области, где не просто общаемся, а сверяем свои дела, формируем общее направление по работе высшей школы области.

Я в людях всегда ценил порядочность, приверженность к определенной жизненной позиции. И даже если какая-то позиция лично мне не нравится, но я вижу, что человек искренне ее придерживается, без двойных подходов, то я считаю такое качество позитивным.

В нашей профессии главное качество преподавателя – это его щедрость. Он делится своими знаниями, опытом, помогает получить профессию. Хороший преподаватель умеет спуститься с вершины своих знаний к ученикам и потом вместе с ними подниматься раз за разом к этим вершинам, при этом делая их все выше и выше, потому что сам непрерывно занимается самообразованием. К тому же преподаватель должен уметь развить познавательную активность своих учеников, чтобы те сами стремились овладеть предлагаемыми им знаниями.

Беда нашего общества в том, что мы не можем дать хорошим педагогам достойной зарплаты. У себя в университете я постоянно говорю, что надо заниматься востребованной наукой. В том числе и в области гуманитарных знаний. Если в советские времена у общества были определены идеологией четкие ориентиры, то сегодня никто не знает, куда надо двигаться, какие цели необходимо достигать в развитии общества. Даже высокообразованные люди, занимающие большие посты, практически не представляют те ориентиры, к которым общество должно двигаться. Мы же часть большого движения, и чем слаженнее мы будем двигаться в одном направлении, тем больше вероятность достижения этих целей всего нашего государства.

Лично для меня материальный успех не является главным мерилом, но наша задача, задача и вуза, и общества, сделать так, чтобы умные люди и жили лучше. Люди очень разные, одни полны идей, другие более способны к тому, чтобы эти идеи продвигать, это коммерциализаторы идей. Ведь двигатель внутреннего сгорания без колес сам по себе ничего не значит, не поедет. Вот и надо свести этих людей вместе, тогда будет успех, будут лучше жить и те, и другие.

Университет – это скопление индивидуалистов. Даже отчасти эгоистов. Каждый профессор – личность незаурядная, он добился успехов тем, что придумал нечто такое, до чего больше никто в мире додуматься не смог. Поэтому он имеет право на индивидуализм и в какой-то степени эгоизм. Но при этом не каждый ум ведет к богатству. Есть ведь даже конкурсы на самое бестолковое изобретение. Чтобы склад ума приносил достаток, нужна еще предприимчивость, а она тоже является признаком ума. А людей с такими качествами в нашем обществе не больше шести процентов.

То, что учитель не глупее какой-нибудь заурядной, но раскрученной эстрадной певицы – это факт неоспоримый. И не только певицы. А если, например, сравнить зарплату учителя и футболиста из команды даже не высшей лиги? Конечно, это не правильно, но такие в нашем государстве сложились условия. Ведь не зря говорят, что не нужно воевать с государством, достаточно развалить систему образования и здравоохранения, и оно падет само.

Мне повезло, что у нас очень дружная семья. Самое главное качество, которое у нас доминирует, которое мы на протяжении всей жизни проповедовали нашим детям, чтобы они любили родительский дом. Старший уже из родительского дома вышел, младший живет с нами, но любовь к родительскому дому сохраняют оба. И это прекрасно!

Вот говорят, за все надо платить. И это действительно так. Потому что платить за успехи в работе приходится интеллектуальным потенциалом и здоровьем, и временем, в том числе оторванным от отдыха, от общения с семьей.

Я считаю, что во всем должна быть гармония. В том числе и во взаимоотношениях власти и общества. Это как максимум, а как минимум – быть услышанными друг другом. Чтобы общество слышало и понимало власть, а она в свою очередь знала нужды народа.

Но я все же больше оптимист. Свое будущее я с деловых точек зрения вижу в том, чтобы стать ректором. Не сидеть в кресле ректора, а полноценно стать им с позиции профессиональной. В личном плане хотелось бы выйти со временем на пенсию, поездить по миру, иметь для этого запас здоровья, который бы позволял путешествовать, и достойную пенсию, на которую можно было бы путешествовать. А что касается общества, то я верю, что у нас произойдут перемены к лучшему, и наш народ будет жить много лучше, что декларируемые социальные преобразования будут выполнены.

Надо еще отметить, что и мы сами о своем будущем, о своем здоровье часто не задумываемся. Мы не умеем отдыхать. Ведь большинство отдыхом считают лежание на диване перед телевизором. Я люблю охоту, люблю рыбалку, вот только ни охотиться, ни рыбачить, чаще всего из-за плотного графика работы не удается. Выходные мы стараемся проводить в деревне на реке Пышме, где у нас есть домик и где я люблю покататься на квадроцикле, подышать свежим воздухом, полюбоваться природой. Туда приезжает сын, привозит внука, и он придает нам особый задор, хорошо подпитывает эмоционально.

Мы живем в провинции, но у нас много людей поистине российского масштаба. К таким я бы мог отнести значительное большинство работников исполнительной и законодательной власти всех трех субъектов федерации нашей сложно построенной Тюменской области. К ним можно отнести очень многих руководителей крупных бизнес-стурктур. У нас в университете я могу назвать десятки ученых с мировым именем. А наши студенты Николай Морилов и Наталья Коростелева стали бронзовыми призерами Олимпийских игр. Так что наша провинция в плане людских ресурсов не такая уж и провинция.

Если говорить о своих достижениях, подводить какие-то промежуточные итоги, то, наверное, в чем-то можно было бы добиться больших успехов, но надо философски относиться к тому, что коэффициент полезного действия никогда не будет равен единице.

У нас на потоке были ребята, подававшие очень большие надежды, но, к сожалению, так и не сумели состояться, реализовать себя в полной мере. И почему-то в основном это были ребята городские, дети солидных руководителей. А мы, деревенские, оказались более пытливыми, более упорными, более целеустремленными. В нашем поколении среди людей, добившихся больших успехов в науке, в менеджменте – большинство родом из деревни. К примеру, генеральный директор «Сургутнефтегаза» Владимир Леонидович Богданов из деревни, его зам. Михаил Федорович Кириленко тоже из деревни.

Правда, надо заметить, что сегодня деревенскому парню поступить в университет на бюджетное место значительно сложнее, потому что у городских больше возможностей для дополнительных занятий, для самообразования, для работы с репетиторами. Мы сделали попытку провести в южных районах области целевой набор, отдали анкеты в районные отделы образования, и на этом все застопорилось. Начали выяснять, и оказалось, что никто эти анкеты в школы не направил, поскольку в районах не заинтересованы, чтобы лучшие уезжали в Тюмень. Им тоже нужны свои местные кадры. Насколько это государственный подход – дело уже другое.

Может быть, моя жизнь могла бы сложиться и по-иному, ведь это набор случайностей. Но тем, как она у меня сложилась, у меня не может быть недовольства. Я достиг того, о чем даже никогда не мечтал.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ НОВОСЁЛОВ, С 6 АПРЕЛЯ 2010 ГОДА – РЕКТОР ТЮМЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО НЕФТЕГАЗОВОГО УНИВЕРСИТЕТА, ДОКТОР ТЕХНИЧЕСКИХ НАУК, ПРОФЕССОР, ЧЛЕН-КОРРЕСПОНДЕНТ АКАДЕМИИ ИНЖЕНЕРНЫХ НАУК РФ. АВТОР ПОЧТИ 140 НАУЧНЫХ ТРУДОВ, ВКЛЮЧАЮЩИХ 16 ИЗОБРЕТЕНИЙ, 10 ПАТЕНТОВ, 7 МОНОГРАФИЙ, 14 УЧЕБНЫХ ПОСОБИЙ

УДОСТОЕН ЗВАНИЙ «ПОЧЕТНЫЙ РАБОТНИК ТОПЛИВНО-ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА» (2000 ГОД), «ПОЧЕТНЫЙ НЕФТЯНИК ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ (2000 ГОД), ЗНАКА «ПОЧЕТНЫЙ РАБОТНИК ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (2000 ГОД), НАГРАЖДЕН МЕДАЛЬЮ ОРДЕНА «ЗА ЗАСЛУГИ ПЕРЕД ОТЕЧЕСТВОМ II СТЕПЕНИ» (2004 ГОД).

С 2003 ГОДА ЯВЛЯЕТСЯ ДЕПУТАТОМ ТЮМЕНСКОЙ ГОРОДСКОЙ ДУМЫ.

страницы книги страницы книги

 
© 2011-2014 Издательство «Эпоха», © 2011-2014 Михаил Мельников, разработка сайта
Любое, В ТОМ ЧИСЛЕ НЕКОММЕРЧЕСКОЕ, использование материалов сайта категорически запрещено без согласования с издательством «Эпоха»